(no subject)

Самая противная температура — тридцать семь с небольшим. Уже достаточно высокая, чтобы нельзя было её не замечать; но ещё не настолько суровая, чтобы заявить: «Всё, ша, я в состоянии нестояния, бросаю все дела и отлёживаюсь».

И самое гадкое — на этом уровне она может держаться неделями и месяцами.