И грустить, и печалиться рано нам... Сколько дней ещё есть впереди?

Похоже, берёзы очень уж любят золото. И примерять его начинают порой ещё с августа, и расстаются с ним неохотнее всех. Вон, за окном у меня все деревья давно облетели, разве что два-три пожухлых листика осталось на ветках, не сразу и разглядишь их — а на берёзе и нынче осенний наряд в глаза бросается, хоть и заметно, что поредел он во много раз.

А кроме берёз — похоже, никто и не помнит про золотую осень, проводили её и отпустили. А ведь, казалось, давно ли я замечал, что и с зеленью не все успели расстаться... Лежит листва в лесу пустом, и даже на монеты давно не похожа. Только воздух теперь между веток — спокойный, холодный и небывало прозрачный. И уже мелькают в нём порой — хоть и изредка, едва ли не по одной за раз — летучие белые точки, первые гости из будущей зимы.

И всё-таки — всё ещё будущей, всё ещё не пришедшей к нам. Уже и не золотая, давно уж не тёплая — но это всё ещё осень. Ещё слепит глаза холодное солнце, ещё не пришли тяжёлые ветры — не слышно в лесу горького стона, и берег в лёд не одет. Это всё ещё там, впереди, в неопределённом будущем, — пусть, может быть, недалёком, пусть даже оно прилетит уже завтра.

Сегодня ж хозяйка — осень.