О названиях, приоритете и нестандартном выходе из ситуации

Как известно, на Луне есть обширные относительно ровные участки, называемые лунными морями. Те из них, что находятся на видимой стороне, давным-давно изучены в телескопы, описаны и поименованы. И так уж получилось (не знаю, есть ли особое правило на этот счёт, или просто сложилось исторически), что большинство из них названы либо словами, относящимися к воде (Море Волн, Море Облаков, Море Дождей и т.д.), либо обозначающими состояния души (Море Спокойствия, Море Ясности, Море Кризисов...)

А потом вдруг Советский Союз неожиданно для всего мира запустил «Луну-3» и получил фотографии обратной стороны. И среди прочего на этих фотографиях обнаружились два небольших моря. Одно из них советские астрономы назвали Морем Мечты, что вполне в русле традиции, а вот второе — Морем Москвы. И послали заявку в Международный астрономический союз.

Члены МАС оказались в сложной ситуации. С одной стороны, первооткрыватели были полностью в своём праве (особенно если вышеупомянутая традиция была действительно лишь традицией, а не официальным правилом). С другой — даже от традиции отступать как-то не слишком красиво.

И тогда французский астроном Одуэн Дольфюс предложил необычный выход. ( Догадаетесь, какой? )