Нашёл в старых файлах
Feb. 15th, 2007 11:38 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
aikrНе знаю, кто авторы (псевдонимы мне ничего не говорят, а про неформальное творческое объединение "Одинокий остров", к которому они, вроде бы, принадлежат, не знают ни Яндекс, ни Рамблер, ни Гугль), и надеюсь только, что они будут не в претензии - стихи такие, что не смог не выложить.
ГИМЛИ МЕЛОКВЕНДИ
Уйдет единорог из колдовского леса,
И феникс не найдет открытого огня,
Серебряный дракон, крылатый змей чудесный,
Последним улетит, не подождав меня.
Пусть на распил пойдет корабль восточных магов,
И древних языков умолкнет говорок,
И заржавеет меч - останется бумага,
Рабочий стол, тетрадь, чернила и перо.
В обложку заключит мои слова издатель,
И в круг своих друзей войду я как поэт.
Мой старый, верный друг, задумчивый читатель -
Я - гид и страж тех мест, которых больше нет.
Ты проклянешь того, кто рисовал обложку,
Ты выучишь мой мир верней, чем старожил,
Ты самого меня обгонишь понемножку -
Я только написал, ты взял и оживил.
Ты знаешь, как убить бродячего дракона,
И как в тавернах пить из медных кружек грог -
Но в самодельный мир, в предел моих законов,
Тебя не позовут, а я уйти не смог.
Не отворится дверь, ни щель в скале фиорда -
Такая наша жизнь, романтик-старина -
Двенадцать сыновей у сказочного лорда,
Но только одному достанется страна.
Дороги не найти прочнее, чем проложит
На плоскости души графитный карандаш,
Я у тебя в долгу - твоим дыханьем ожил
Мой неумелый, черно-белый персонаж.
...
Стряхну росу с листка с каемкою точеной
И погляжу наверх - вдали, над головой,
Серебряный дракон, дракон иссиня-черный
Под солнцем совершат свой танец боевой.
Когда же победит по правилам старинным
Крылатое добро чешуйчатое зло,
Серебряный дракон опустит низко спину -
Он мой хранитель-зверь, рожденный под седло.
На змее, в небосклоне я окно открою
И брошу россыпь звезд в бесформенную тьму.
А твой последний шанс последовать за мною -
Придумать своего дракона самому.
30.08.00
Колыбельная
Меч фамильный над камином, изолента износилась -
Я еще для ХИ-13 этот свой двуручник сделал.
Фотография эльфийки под стеклом не изменилась,
Как ушедшая подруга, полка книг не постарела.
Убегающее время задержаться не заставить,
У вчерашнего Котенка уже сыну три недели,
Надо будет для ребенка пару песенок составить -
Для чего еще на свете существуют менестрели?
Спи, драконыш, сын сестрички - в Эльдамаре-Валиноре
Варда звездочки засветит, Ирмо добрый сон подарит,
Ауле теплом согреет, Ороме отгонит горе,
Сохранят и в путь направят маги ордена Истари.
Девяти свободным расам не тесней на белом свете,
Чем в года, когда пугался род людской союза с нами -
Засыпай, крылатый мальчик, пусть куются в лунном свете
И мифрильные чешуйки, и драконовое пламя.
Ты не первый на дороге, ты захочешь бранной славы,
И под звуки труб герольдов выйдешь гордо в ратно поле
В легкой боевой кольчуге из космического сплава -
Мы такое в наше время не могли себе позволить.
У дракона в сердце горечь, у дракона в сердце злоба,
Но игра в пять поколений чести и тебя научит;
Радуйся просторам неба, постарайся не особо
Злиться, глядя на цивилов и их орковские штучки.
Ты Серебряным Драконом называться, брат, достоин -
Это имя храбрый воин и поэт носил когда-то.
Что за славные ребята, Silver-Dragon и Olorin -
Вместе пели в 23-м и грустили в 25-м...
В эту ночь твоя подруга, золотой дракончик славный,
Поднялась на плечи ветра, в первый раз расправив крылья.
Подрастайте, драконята, ты наследуешь по праву
Все, что мы наворотили, а она - все, что любили.
Меч фамильный над камином, камни светят в рукояти,
В полдень фэйри бродят в поле, в полнолунье ведьмы пляшут.
Дети многих поколений игр, ошибок и заклятий,
Неудач и сожалений, чертят будущее наше.
(23.10.2000)
И самое пронзительное:
КЕМЕНКИРИ ГЛОРТИРИЭЛЬ
Господин Б.
(Попытка апокрифа)
Итак, господин Б., в некоей локальной войне,
Названия коей не помню, лишившийся правой руки,
Обязанный очень многим покойной своей жене, -
Хотя бы тем, что дважды воскрес всему вопреки,
Нуждается в помощи общества, но случай не слишком тяжел -
Покупки да роскошь общения - как раз для нас, волонтеров.
Вот список на десять лиц, крепитесь, работа не вол,
Вот комната на двоих, а год закончится скоро.
Итак, господин Б. не требует свежих газет,
Не затевает ремонт, не ездит в соседние страны,
Не просит гулять с собакой - ее давно уже нет, -
И все ж препоручен нам, как и прочие ветераны.
Зато он часто твердит: уж слишком мир искажен -
Ведь после второй из смертей супруга его не воскресла.
Нет, он не осудит тех, кто часто меняет жен...
(А слева - следы ногтей на старой обшивке кресла.)
А впрочем, он умолчит о длинной своей судьбе,
Привычно лицо отвернув к мороси заоконной.
И я еще полюблю приходить к господину Б. -
Отдыхать от рассказов иных о юности в Первой Конной,
О схватке за Перл Харбор, о битве за урожай
Скороспелого бамбука в Большой Песчаной Пустыне...
Закончится год. Подруга предложит: "Не уезжай".
Я вновь подпишу контракт, не думая о причине.
В ту ночь во сне будет все, о чем он ни говорил:
Темницы, мосты, леса, короны, мечи и волки.
Подруга разбудит: "Скорей! Сейчас взойдет сильмарил!
Не знаешь? Потом прочтешь - потрепанный том на полке".
Меня проберет до костей звезды отточенный свет,
Потом осенний рассвет - холодный, пустой, безбрежный.
И колкая мысль: да, мир искажен и возврата нет.
И Лутиен умерла. Но у нас еще есть надежда.
(08.10.00)
ГИМЛИ МЕЛОКВЕНДИ
Уйдет единорог из колдовского леса,
И феникс не найдет открытого огня,
Серебряный дракон, крылатый змей чудесный,
Последним улетит, не подождав меня.
Пусть на распил пойдет корабль восточных магов,
И древних языков умолкнет говорок,
И заржавеет меч - останется бумага,
Рабочий стол, тетрадь, чернила и перо.
В обложку заключит мои слова издатель,
И в круг своих друзей войду я как поэт.
Мой старый, верный друг, задумчивый читатель -
Я - гид и страж тех мест, которых больше нет.
Ты проклянешь того, кто рисовал обложку,
Ты выучишь мой мир верней, чем старожил,
Ты самого меня обгонишь понемножку -
Я только написал, ты взял и оживил.
Ты знаешь, как убить бродячего дракона,
И как в тавернах пить из медных кружек грог -
Но в самодельный мир, в предел моих законов,
Тебя не позовут, а я уйти не смог.
Не отворится дверь, ни щель в скале фиорда -
Такая наша жизнь, романтик-старина -
Двенадцать сыновей у сказочного лорда,
Но только одному достанется страна.
Дороги не найти прочнее, чем проложит
На плоскости души графитный карандаш,
Я у тебя в долгу - твоим дыханьем ожил
Мой неумелый, черно-белый персонаж.
...
Стряхну росу с листка с каемкою точеной
И погляжу наверх - вдали, над головой,
Серебряный дракон, дракон иссиня-черный
Под солнцем совершат свой танец боевой.
Когда же победит по правилам старинным
Крылатое добро чешуйчатое зло,
Серебряный дракон опустит низко спину -
Он мой хранитель-зверь, рожденный под седло.
На змее, в небосклоне я окно открою
И брошу россыпь звезд в бесформенную тьму.
А твой последний шанс последовать за мною -
Придумать своего дракона самому.
30.08.00
Колыбельная
Меч фамильный над камином, изолента износилась -
Я еще для ХИ-13 этот свой двуручник сделал.
Фотография эльфийки под стеклом не изменилась,
Как ушедшая подруга, полка книг не постарела.
Убегающее время задержаться не заставить,
У вчерашнего Котенка уже сыну три недели,
Надо будет для ребенка пару песенок составить -
Для чего еще на свете существуют менестрели?
Спи, драконыш, сын сестрички - в Эльдамаре-Валиноре
Варда звездочки засветит, Ирмо добрый сон подарит,
Ауле теплом согреет, Ороме отгонит горе,
Сохранят и в путь направят маги ордена Истари.
Девяти свободным расам не тесней на белом свете,
Чем в года, когда пугался род людской союза с нами -
Засыпай, крылатый мальчик, пусть куются в лунном свете
И мифрильные чешуйки, и драконовое пламя.
Ты не первый на дороге, ты захочешь бранной славы,
И под звуки труб герольдов выйдешь гордо в ратно поле
В легкой боевой кольчуге из космического сплава -
Мы такое в наше время не могли себе позволить.
У дракона в сердце горечь, у дракона в сердце злоба,
Но игра в пять поколений чести и тебя научит;
Радуйся просторам неба, постарайся не особо
Злиться, глядя на цивилов и их орковские штучки.
Ты Серебряным Драконом называться, брат, достоин -
Это имя храбрый воин и поэт носил когда-то.
Что за славные ребята, Silver-Dragon и Olorin -
Вместе пели в 23-м и грустили в 25-м...
В эту ночь твоя подруга, золотой дракончик славный,
Поднялась на плечи ветра, в первый раз расправив крылья.
Подрастайте, драконята, ты наследуешь по праву
Все, что мы наворотили, а она - все, что любили.
Меч фамильный над камином, камни светят в рукояти,
В полдень фэйри бродят в поле, в полнолунье ведьмы пляшут.
Дети многих поколений игр, ошибок и заклятий,
Неудач и сожалений, чертят будущее наше.
(23.10.2000)
И самое пронзительное:
КЕМЕНКИРИ ГЛОРТИРИЭЛЬ
Господин Б.
(Попытка апокрифа)
Итак, господин Б., в некоей локальной войне,
Названия коей не помню, лишившийся правой руки,
Обязанный очень многим покойной своей жене, -
Хотя бы тем, что дважды воскрес всему вопреки,
Нуждается в помощи общества, но случай не слишком тяжел -
Покупки да роскошь общения - как раз для нас, волонтеров.
Вот список на десять лиц, крепитесь, работа не вол,
Вот комната на двоих, а год закончится скоро.
Итак, господин Б. не требует свежих газет,
Не затевает ремонт, не ездит в соседние страны,
Не просит гулять с собакой - ее давно уже нет, -
И все ж препоручен нам, как и прочие ветераны.
Зато он часто твердит: уж слишком мир искажен -
Ведь после второй из смертей супруга его не воскресла.
Нет, он не осудит тех, кто часто меняет жен...
(А слева - следы ногтей на старой обшивке кресла.)
А впрочем, он умолчит о длинной своей судьбе,
Привычно лицо отвернув к мороси заоконной.
И я еще полюблю приходить к господину Б. -
Отдыхать от рассказов иных о юности в Первой Конной,
О схватке за Перл Харбор, о битве за урожай
Скороспелого бамбука в Большой Песчаной Пустыне...
Закончится год. Подруга предложит: "Не уезжай".
Я вновь подпишу контракт, не думая о причине.
В ту ночь во сне будет все, о чем он ни говорил:
Темницы, мосты, леса, короны, мечи и волки.
Подруга разбудит: "Скорей! Сейчас взойдет сильмарил!
Не знаешь? Потом прочтешь - потрепанный том на полке".
Меня проберет до костей звезды отточенный свет,
Потом осенний рассвет - холодный, пустой, безбрежный.
И колкая мысль: да, мир искажен и возврата нет.
И Лутиен умерла. Но у нас еще есть надежда.
(08.10.00)