Лежанка в направлении мечты

Хотел выложить к Самайну, да как-то упустил. Но пусть всё равно будет, оно красивое.

Осенью грань меж миров тонка,
Осенью песня холмов близка.
К двери полынь, близким чашку чая,
В угол же — блюдечко молока.
Пани Вертинская

На старости лет вдруг научился резать картошку «соломкой».

Теоретически-то с детства знаю, как это делается, сколько раз видел. Но сам как ни пробовал — получалось кое-как и ооочень долго, проще уж наскоро настрогать ломтиками. Так и резал всю жизнь ломтиками, хотя соломкой мне больше нравится... а тут вдруг стукнуло что-то: попробовал — и внезапно получается.

Ну то есть получается всё ещё не идеально: не очень ровно и не так быстро, как у других. Но это дело навыка, он нарабатывается.

Буду нарабатывать.

Ближайшие две недели просьба не будить :-)

Всё ещё зелёное-зелёное-зелёное, и вдруг бац — жёлтое. А местами и сплошь жёлтое, то ли за выходные целиком перекрасилось, то ли я раньше не замечал...

Хотел заснять, но телефон это не осиливает, несмотря на гордую надпись «AI CAM». Буду так любоваться.

Рыжим цветом раскрасит осень
Настроение, сердце, душу...
Этот рыжий — до новых вёсен —
Будет греть нас в мороз и стужу.
(Мичелайн)

Расточные операции на большую глубину (а если ещё и диаметр маленький, то вообще), с маленьким допуском и высокими требованиями к чистоте поверхности.

Вы прослушали краткое содержание одной из глав многотомника «Что я ненавижу».

Проходя мимо киоска с мороженым, заметил там новый сорт под названием «Большой Брат».

Купил и символически сожрал, шоб ему икалось.

Я не тормоз, я медленный газ. Поэтому на тему, которую все уже, кажется, обговорили, выскажусь только теперь.

Заимствование иноязычных слов для русского языка — совершенно обычное дело: он испокон веков хозяйственно тащит в норку всё, что приглянется. Причём тащит с запасом, а потом уже пробует: что сгодится, что нет. Если какое-то слово не придётся к месту — выкинет без сожаления, и через пару поколений никто уже не вспомнит, что когда-то так говорили. Ну а какое подойдёт — оставит себе, и через те же пару поколений не всякий вспомнит, что когда-то так _не_ говорили. Тюркский сарай и греческий огурец, французский кабинет и немецкий картофель, латинский доктор и голландский флюгер, ацтекский томат и арабский магазин, корейский доширак и финская пурга, итальянские макароны и китайский чай, чешский пистолет и польская шпаргалка, японское цунами и английский спорт — кто нынче скажет, что это не русские слова?

Впрочем, это не мешает очередным шишковым вечно быть недовольными. И даже если ткнуть им в глаза список прижившихся заимствований — они отступят на запасную позицию: «Ну ведь одно дело — развитие, а совсем другое — порча языка! Вот, например, новомодное словечко [подставить нужное] — разве ж это не уродует речь?!». Правда, критериев отличия «развития» от «порчи» они почему-то не предлагают; максимум — список конкретных слов, которые им лично кажутся «уродующими речь» (без каких-либо пояснений, почему именно эти слова вошли в список).

А на мой скромный взгляд, критерий здесь очень простой. И я его, собственно, уже назвал. То, что уродует язык, не подходит ему — само собой отсеивается и забывается. А что осталось — потому и осталось, что ничего не уродует, а прекрасно подходит.

Проблема только в том, что дело это не мгновенное, и в том, что второго без первого не бывает. Язык должен опробовать слово, прежде чем решить: оставить его или выкинуть. А значит — в русской речи всегда будет сколько-то слов, которые мы уже успели позаимствовать, но ещё не успели признать негодными. А к тому дню, когда они наконец отсеются — успеют прийти какие-то другие.

Это вечный процесс, самая традиционная традиция и самая скрепная скрепа для нашего языка. И уж если браться оный язык беречь — то в первую очередь стоит его беречь от таких вот шишковых, которые пытаются административными методами затормозить нормальный процесс саморазвития и самообновления, провозглашая свои личные эстетические предпочтения обязательными нормами.

А московский монорельс, оказывается уже закрыли, аккурат в эту субботу. Вовремя я на нём прокатился.

- Мне чудится, или в последние годы электрички стали ходить быстрее? Вроде бы раньше до Москвы было дольше ехать; или я путаю?

- Московские указатели в большинстве своём продублированы по-английски, чтобы зарубежные гости тоже могли сориентироваться. Вот только один нюанс: примерно все они содержат тот или иной топоним, а как-то согласовать и стандартизировать написание оных топонимов по-английски никто, похоже, не догадался. В итоге на одном указателе VDNH, а на соседнем VDNKh — и гадай как хочешь, один это объект или разные. На одном Kievsky vokzal, на другом Kiev railroad station. А то и вовсе нечто макароническое, вроде Square Kievskogo vokzala. Боюсь, зарубежных гостей это скорее запутает...

- А мой ремень уже и на последней дырке сходится довольно свободно. Схожу укорочу.

- На ВДНХ очень многое строится, достраивается, перестраивается или просто ремонтируется, начиная с главного входа. Повсюду ограды с обещаниями «Здесь будет город-сад, ну или хотя бы музыкальный фонтан» или просто с чем-нибудь в стиле «Приносим временные извинения за искренние неудобства». То ли мне «повезло» попасть на грандиозную реконструкцию, то ли, как меня уверяли, при Собянине это здесь перманентное состояние, и когда достроится (доперестроится, доотремонтируется) что-то одно — появятся такие же оградки в другом месте.

- По Москве ходят в большом количестве электрические автобусы с батарейками на крыше. Само по себе дело хорошее, но очень меня веселит, что у каждого из них на борту огромная надпись: «Это электробус». Всякий раз вспоминается шлем Форгата с надписью «Это шлем» (если кто понимает, о чём я).

- Да и вообще электротранспорта много. На той же Выставке — не только туристический, но порой и служебный, вроде мотоциклов и даже тракторов. И знаете, не я первый это заметил, но повторю и я: слишком уж они порой бесшумные. Обычный ДВС слышно заранее, а эти батареечные выныривают из-за плеча внезапно, аки призрак, и реакция на них примерно такая же. Электробусы хотя бы по проезжей части ходят, не создавая впечатления, что только чудом под колёса не попал...

А теперь сижу, жду электричку в Калугу. Хотел было экспрессом доехать, но пока добрался до вокзала, билетов уже не было. Ладно, один плюс: экспресс приезжает в центр города, откуда ещё отдельно добираться, а с электрички сойду на станцию раньше — и почти уже дома...